X-Road – это децентрализованная система, в которой определены единые интерфейсы и протоколы взаимодействия и обмена данными. Любой госорган может по определенным правилам подключить свою информационную систему к X-Road и настроить права доступа к нему для других ведомств. Коммерческие ИТ-системы тоже могут взаимодействовать с X-Road и могут брать оттуда данные. В результате – регистрация юрлица занимает 15 минут, более 25% эстонцев голосует через интернет на последних парламентских выборах, более 99% налоговых деклараций сдается в электронном виде и т.д.
Таков X-Road – достижение эстонцев, сделавшее государство, бизнес и граждан ближайшими союзниками.

Протокол эстонских мудрецов

В 1997 году президент Эстонии Леннарт Мери запустил программу «Прыжок тигра» — все школы подключали к интернету и оснащали компьютерами. Интернетизация охватила и бизнес. Индрек Нейвельт, который тогда возглавлял крупнейший в Эстонии Hansabank, подтверждает, что уже в 90-х эстонские банки сделали ставку на развитие интернет-сервисов. Тогда они ещё могли действовать как стартап, пробовать и ошибаться. В нулевые, когда экономика прибалтийских государств прибавляла по 10% в год, почти все банки скупили скандинавы. Теперь каждый чих согласовывается в их штаб-квартирах.

Тем не менее к 2000 году госуслуги охватили далеко не все сферы деятельности граждан. В премьерское кресло вернулся Лаар и в тандеме с Мери подготовил инфраструктуру для рывка. По заказу государства частные компании разработали X-Road — протокол для обмена данных между разными базами данных. Это краеугольный камень всей системы госуслуг Эстонии.

X-Road соединяет разные реестры. Через него общаются, например, реестр коммерческих компаний и реестр автомобилей. Протокол оказался настолько удобным, что его стал использовать бизнес. Например, через X-Road ведут общие дела две компании телеком-оператора TeliaSonera. В последние годы система становится главным экспортным продуктом эстонского электронного государства. Финляндия уже переводит на неё все свои е-госуслуги (сам код передали «финским братьям» бесплатно, но на инсталляции зарабатывают частные эстонские компании), другие страны ЕС используют её для некоторых из своих е-сервисов. В Эстонии X-Road гоняет информацию между 170 базами данных.

X-Road создал основу для роста качества госуслуг. Вскоре эстонцы создали единый сертификационный центр (RIA) для цифровых подписей. По словам Швайковского, у государства вообще-то не было денег на его возведение. Но бизнес увидел возможность заработать на аутентификации пользователей. Два крупнейших банка и две главных телеком-компании создали консорциум для его строительства, взамен потребовав у правительства эксклюзивное право на его эксплуатацию.

Сертификационный центр — это виртуальный паспортный стол. Он выдаёт всем эстонцам старше 15 лет ID-карту. Это удостоверение личности — и физическое, действительное в ЕС и странах Шенгена, и виртуальное. Когда карту вставляют в специальный ридер, система распознаёт человека — и он получает доступ ко всем электронным услугам. С тех пор никто в Эстонии не строит свою систему аутентификации — все пользуются RIA, и через эту систему услуги оказывает не только государство, но и частный бизнес. Сейчас с помощью ID-карты можно сделать почти всё что угодно: к примеру, запросить разрешение срубить ёлку перед Рождеством или совершить покупку даже в самом маленьком эстонском интернет-магазине.

Эстонцы утверждают, что система безопасна. Громких скандалов о краже данных с ID-карт действительно не было. По словам российского эксперта по электронным госуслугам, члена правительственного совета по открытым данным Екатерины Аксёновой, взломать карту можно, только если человек сам скомпрометирует её данные. Получив доступ к ID-карте конкретного человека, о нём можно узнать практически всё. В Европе такую прозрачность считают вторжением в личное пространство, а потому перенимать, в отличие от X-Road, не спешат.

Достучаться до бабушек

Приобретение ID-карт было обязательным, но эстонские власти хотели заинтересовать в их использовании самих граждан. Количество услуг, которые можно получить с её помощью, стало расти в геометрической прогрессии. Оплата транспорта, налогов, доступ к медицинской истории пациента, подписание любых документов, голосование на выборах, регистрация бизнеса и недвижимости — почти всё, что бывает нужно человеку от государства, теперь доступно онлайн.

Впрочем, механическое расширение ассортимента срабатывало не всегда. Например, в первый год существования услуги только 30% молодых мам оформили пособие через интернет. Остальные зачем-то обошли шесть учреждений. Только когда эта услуга обросла смежными вроде возможности заранее записать ребёнка в детский сад, процент пользователей вырос до 90% родителей.

Пользователей привлекала и очевидная выгода. Например, проголосовать онлайн можно не только в день выборов, но и за несколько дней до, из любой точки планеты, без всяких открепительных. Налоговый вычет за благотворительность или ипотеку при заполнении онлайн поступит на счёт через два-три дня, а не через полгода, как в случае с бумажной декларацией. Да и сама декларация заполняется автоматически, так как данные о зарплате и сокращающих налоги платежах уже содержатся в системе. Швайковский вспоминает, как в начале 2000-х ему звонила мама: «Я такой вкусный куриный супчик приготовила! Приходи, поешь и заодно заполни мне декларацию!»

Если горожане быстро осознали все выгоды госуслуг, то селян пришлось убеждать. Швайковский, который тогда работал в TeliaSonera, уверяет, что это было важно тем же интернет-провайдерам и банкам, к ним подключались новые пользователи. Схем было много, у каждой компании своя. Например, в деревенскую школу на две недели приезжали инструкторы и бесплатно обучали всех желающих. Если по итогам обучения гражданин выполнял тестовое задание — ему давали большую скидку на подключение к интернету или беспроцентную рассрочку на покупку компьютера. Потом, кстати, Швайковский внедрял такую же систему в Тюменской области.

Когда Юхан Партс возглавил правительство в 2003 году, программа подключения новых пользователей успешно работала. Он понял, что нужен следующий шаг — построение настоящей инновационной экономики. И хотя основное внимание на посту премьера Партс уделял заключительной стадии вступления в ЕС и НАТО (2004 год), его кабинет разработал первую пятилетнюю концепцию приближения к «экономике знаний».

В её основе оказался ряд программ. В рамках частно-государственных партнёрств построили семь технологических центров, куда бизнес может обращаться за технологическими разработками. Предложили гранты для совместной работы компаний и университетов. Запустили «инновационные подарочные карты»: человек или малое предприятие может получить 5000 евро на работу с учёными над конкретным проектом. Создали Общественный фонд развития, который выделяет венчурный капитал стартапам и создаёт необходимую инфраструктуру для их развития: тренинги, нетворкинг, ангельские инвестиции, семинары, акселераторы и т. д.