Знакомый немец недавно прилетел в Киев, вышел из дверей аэропорта «Борисполь» и закурил. И тут же был задержан подкарауливавшим курящих ментом и препровожден в дежурку. В дежурке долго изучали документы, хмурили брови, но ничего не говорили, потому что ни на каких иностранных языках говорить не умели. Но потом один из ментов вытащил из кармана мобильный и показал иностранцу набранную на плохом английском фразу: «Дай 250 гривен и свободен. Мы тебя не видели». Иностранец долго смеялся, но так как спешил, то денег ментам дал и уехал.

Знакомый чернокожий торговец с Оболонского рынка, приехавший из Сьерра-Леоне не боится скинхедов и националистов. Он боится и ненавидит украинских ментов. Потому что несмотря на то, что он давно женат на украинке и у него есть паспорт гражданина Украины – ему трудно перемещаться по Киеву. Менты постоянно останавливают, требуют документы и даже увидев украинский паспорт – все равно требуют денег.
Помню, вскоре после назначения Луценко министром МВД его пресс-секретарь спросила меня при знакомстве: «Почему вы милицию не любите?» Я до сих пор в шоке от этого вопроса. Сейчас, когда я слышу о том, что «милицию подставляют» – меня пробивает на смех.

По сути своей нынешний Майдан не за определенного оппозиционного лидера. Он действительно за Европу. Не за ЕС. А за правила. За закон. За милицию или полицию, которую можно если не любить – то уважать. И по сути своей нынешний Майдан не только против Януковича и его шоблы. Он против ментов , которые били и убивали безоружных не только 30 ноября, но и долгие годы не только независимой Украины, но и «совка». Янукович – это лишь символ всей огромной ненавистной системы, которая так долго не хочет сдохнуть. Потому что мы ее вовремя не убили. И Янукович – это символ не только того, что при нем она будет продолжать жить, но и того, что она может нас уничтожить.

Сейчас происходит кое-что куда более важное, чем уничтожение второго срока Виктора Януковича. Куда более исторически важное. Люди перестают бояться милицию. Милиция начинает бояться людей. И не только милиция. Менты начинают понимать, что незаконное задержание человека может вызвать блокаду РОВД. Обнаглевший от безнаказанности судья начинает понимать, что к нему под загородный дворец может приехать Автомайдан. Продажный чиновник скоро поймет, что ему будет не комфортно не только в Украине, но и на Западе, где он привык отдыхать или хранит свои деньги. Произносимое гражданами десятилетиями в полголоса: «Как вы за…бали!» начинает материализовываться в проколотые шины ментовских машин, в занятую мэрию, в «козацьки розваги».

Кстати, искры активного протеста вспыхивали давно. Я скажу крамольную мысль, но в рэкете 90-х тоже была чисто антиментовская составляющая. Она, конечно, была сильно загрязнена откровенным барндитизмом, но она была. Были и подобные формы вне рэкета. Лет 10 назад менты «по-беспределу» задержали адвоката, товарища моего друга. Друг срочно обзвонил друзей и знакомых и мы подъехали к этому РОВД. Человек 15-20. Зашли внутрь, стали требовать отпустить, менты естественно, хамят и не отпускают. Где-то через час вышел покурить и вижу как один наш товарищ идет вдоль машин на ментовской стоянке и методично длинной отверткой пробивает машинам скаты. Всем. Через полчаса, когда менты обнаружили такую неприятность поднялся страшный гвалт. Но доказать нашу причастность было сложно. А то, что люди спокойно оставались в РОВД и нехорошо посмеивались —видимо, даже у ментов вызывало неприятные предчувствия. Вскоре товарища выпустили.

Десятилетиями накопленное неприятие нашей государственной машины сейчас находит на Майдане самое неожиданное творческое применение. Автомайданы, другие формы мирного протеста множатся, в них есть какая-то веселая злость, которая страшнее всего для системы. Сегодня вот Минкульт с заявлением против УГКЦ обосрался. Мне кажется, что это приведет в конце концов не только к отставке нынешних уродов, ее возглавляющих, ничем не отличающихся от уродов-предшественников, но в конце концов к уничтожению всей этой нездоровой прогнившей структуры, которая, почему-то до сих пор имеет какое-то право вмешиваться в религиозные и культурные дела.

Каждый новый шаг власти – словно луч прожектора, показывающий на очередной гнойник этой системы. И Майдан находит способ сконцентрировать народную ненависть на этом гнойнике. Янукович – лишь верхушка той кучи дерьма в которой мы сейчас живем. И Майдан крут именно тем, что подбирается к этой верхушке снизу, подкапывая эту верхушку со всех сторон. Гнобя ментов, воров-чиновников, судей и прочий накопившийся гной. Придумывая новые формы уже не просто протеста, а сопротивления. Я думаю, что скоро в Доме профсоюзов появятся и новые, настоящие профсоюзы, которые вольют в Майдан еще и протест против грабительства нынешней властью и олигархами трудящихся. И тогда бюджетники придут на Майдан, а не будут согнаны на Антимайданы.

И поэтому каждый день стояния Майдана нынешнего стоит десяти Майданов 2004 года. Потому что тот Майдан был узкоцелевым, против обмана на выборах, за кандидата казавшегося лучшим. Майдан нынешний – против всей системы и против Януковича как ее «гаранта». Гаранта именно системы, но никак не Конституции. И не столь важно, кто станет настоящим лидером Майдана. Кто только не пытался уже им стать. И «команданте» Катеринчук, и мутный Порошенко. На самом деле, кто бы им не стал, он будет нанят на президентскую должность уже совсем другой страной. Которая вряд ли будет перед ним преклоняться, но точно будет требовать ответственности и отчета.

P.S. Насчет того, что все могло бы быть иначе, если бы 1 декабря удалось «взять» Банковую. Если бы народ не остался на Майдане слушать политиков, а пошел на Банковую, обошел с Лютеранской, прошел от театра Ивана Франко, пробрался дворами. Если бы заняли кабинет №1. Что бы было? Если бы потом заняли Кабмин, МВД, СБУ, телецентр и телебашню, аэропорты и вокзалы в Киеве. Что было бы дальше? Увы. При нынешнем раскладе через неделю столица была бы в Харькове. Там же был бы и Янукович. А потом – или жестокое подавление «киевского бунта». Или – две страны. Перед тем как захватывать Банковую, нужно иметь на своей стороне армию. Пусть даже такую как наша. Не милицию, не СБУ и не прокуратуру. Только армию. Но она – не у нас. И потому разговоры об «упущенном шансе» романтичны, но бессмысленны. Но время на то, чтобы работать с армией, профсоюзами, бюджетниками и теми же ментами – еще есть.

Станислав Речинский